A A A






Анастасия Кожевникова

Прошлый год был непростым и для медиа в целом, и для изданий о кино в частности: появлялись новые проекты (перезагрузка «Искусства кино», запуск «Чапаева»), но были и вынужденные прощания. «Субтитры» собрали главные тексты кинокритиков прошлого года, чтобы понять, до какой точки мы дошли и куда движемся. В целом, все тексты делятся на три главные тенденции: разговор о молодых героях и режиссерах, возвращение/воспроизведение оттепели и микрореволюции в кино.

Young Russia

В этом году много говорили о молодых людях, которые внезапно «проснулись» и начали активно действовать в совершенно разных сферах: от кино до политики. И если раньше они по-хорошему не были не то что субъектами, а даже объектами исследований (опять же от кино до политики), то теперь все поменялось. Например, художницы Саломея Собко и Мария Дудко сняли документальный проект Young Russia о девушках из разных городов, которые, как считают создательницы проекта, способны совершить какой-то общественный сдвиг. Об этом они рассказали Александре Хазиной в Glukk.com, тоже молодом, кстати, издании выпускников Смольного, которое сотрудничает с уже довольно известными критиками Марией Кувшиновой и Алисой Таёжной.

О молодых людях чаще снимают их сверстники. Узнать, кто эти люди и чем они живут можно в  анкетах «Афиши». Их стоит воспринимать как единый текст о режиссёрах, которые решают завести «кнопочные» телефоны на время съёмок, получают воздушные поцелуи от зрительниц-итальянок и решают отказаться от астрономии, например.

Некоторые из этих имен — ученики мастерской Александра Сокурова на Кавказе. Не исключено, что фигура мэтра влияет на узнавание, но все-таки именно в фильме Киры Коваленко Татьяна Алешичева разглядела перекличку с актуальным подтекстом: в «Софичке» показано, что времени не существует — там это «просто разница между тем, что ты знаешь, и тем, чего еще не знаешь». Странным образом складывается так: чем конкретнее показано время, тем больше ощущение, что «времена всегда одинаковые».

Оттаяли?

Отчасти к такому тезису сводились многие дискуссии весны: в Москве тогда прошла волна арт-проектов, посвященных этой эпохе. Интерес к этой эпохе многим показался неслучайным. Отдельный блок материалов об этом был в апрельском «Искусстве кино», включая материал Дмитрия Бутрина, где он говорит, что время оттепели — новый серебряный век: «Можем повторить и вот, видите, уже повторяем».

В другом материале с круглого стола о политике памяти Нина Зархи говорила, что сегодня в России есть заказ сверху на перекодировку, опрощенную, прекраснодушную оттепель. «Главное — нам хотят сказать: «Ребята, и при советской власти, которая была тогда и которая есть сейчас, реальна жизнь с человеческим лицом». Можно выпивать-закусывать — а сейчас тем более хорошо закусывать. Можно громко петь на ночных московских улицах. Не надо стремиться что-то ломать, менять, митинговать. Если при Брежневе или при Хрущеве было вполне неплохо, то при Путине — тем более. Чем вы недовольны?»

Удивительным образом профессиональные кинокритики не разглядели или просто не захотели проговаривать эту линию и в одном из главных российских фильмов прошлого года — «Аритмии» Бориса Хлебникова. Об этом в «Фейсбуке» писал сценарист Евгений Казачков (и это тоже часть уже давней тенденции выбора альтернативных площадок для высказывания): «Аритмия» — очень хорошее кино. Проблема только в том, что это очень хорошее кино эпохи застоя. В лучших советских фильмах 70-х годов было всё то же: низкое серое небо, скромный, на грани убогости быт, хорошие люди в свитерах и куртках, точно сыгранные прекрасными актерами...» По его мнению, это кино показывает, что можно быть людьми, даже если мир вокруг прогнил. А это уж примета сознания эпохи оттепели.

Ушедший в этом году легендарный критик Даниил Дондурей тоже писал об этой черте — его высказывания собрал «Сеанс»: «Очевидно непременное сосуществование в нашей культуре двойного сознания, двойного языка, двойного мышления».

Другой легендарный критик Андрей Плахов в «Коммерсанте» весь год как будто вёл разговор с собой: то он констатирует начало «времени манифестов», то под конец года приходит к выводу, что, «поскольку влиять на все более тревожные глобальные процессы человек практически лишен возможности, взор кинохудожников сосредоточился на частной жизни, в которой все-таки можно что-то исправить и улучшить. И кто знает, может, как раз с этих улучшений что-то сдвинется в позитивную сторону и в общественных структурах. Короче говоря, год столетия революции 1917-го оказался заряжен не революционными, а эволюционными идеями». 

Революции и эволюция

Именно такие эволюционные или миниреволюционные идеи разглядели в фильмах прошлого года. Та же «Аритмия» показала миру нового Александра Яценко. Да, сюжет знакомый, советский, как говорит Елена Горфинкель, но киноязык другой. Во многом это заслуга Яценко, о персонаже которого она рассказала подробнее.

О новом скачке в жанре, на который до прошлого года многие махнули рукой, писала в «Искусстве кино» Нина Цирукн. «Ла-ла Лэнд» вернул мюзиклу его блеск и обаяние, оставаясь понятной историей.

Большую задачу проследить эволюцию «мест силы» кино в регионах поставили Василий Корецкий и Константин Шавловский в «Коммерсанте» и охватили от сахалинского «Края света» до нового проекта Марина Разбежкиной рядом с Казанью.

В это время некоторым критикам не хватило в год столетия революции смелости режиссеров. Василий Степанов в «Сеансе» писал, что Патерсон Джармуша так и не решился задать себе

вопрос «а не подделка ли я?», а вот Анна Мушина, наоборот, считает, что режиссер Джармуш революционен в своей бессобытийности и символичности в этом кино.

И наконец одним из эволюционных событий российской кинокритики можно считать появление исследовательского проекта о советском кино «Чапаев», где целые курсы посвящены не только отдельным названиям-именам, но и особенностям времени, в котором они существовали. И в этом смысле проект показывает не новую тенденцию, но акцент на важности понимания роли контекста в искусстве, обращения к нему без скобок.


716
0
10 января 2018
Комментарии


Войти через социальные сети:

№4 (4) декабрь 2014

Интервью с Павлом Печенкиным о фильме "Варлам Шаламов. Опыт юноши", признанном лучшим среди документальных участников на фестивале "Сталкер", репортажи с "Кинопробы" и мастер-класса Любови Мульменко, беседа с критиком журнала "Сеанс" Марией Кувшиновой, рецензии на "Как меня зовут" и "Неизвестный фронт. КУБ против Цеппелина", очерк о новой книге нон-фикш Владимира Киршина и многое другое - читайте в декабрьском выпуске газеты "Субтитры".