A A A






Виктория Петухова

Пермский фильм «Изнанка жестокости» готовится к своему первому показу 7 мая на фестивале «Panicomix» во Дворце молодежи. Картина, вдохновленная книгой Мариам Петросян «Дом, в котором…», планировалась как любительская короткометражка, но позже выросла в масштабное игровое кино.

На первом этапе съемочная группа состояла исключительно из поклонников произведения, главной среди которых была Мария Губина. Позже к ним присоединились актеры – студенты Пермского института культуры, а с ними Лев Калимуллин, впоследствии ставший режиссером кинокартины. Когда Калимуллина позвали в проект, у него была своя любительская студия «Леспик». В процессе съемок «Изнанки» они взаимодействовали с другими такими же полупрофессиональными сообществами и решили – нужно объединяться. Так родилась Пермская кинолаборатория. Команда собиралась как снежный ком: от первых 18 участников до более 60 человек, которые приняли участие в финальном этапе съемок.

«Субтитры» поговорили с создателями фильма «Изнанка жестокости» Львом Калимуллиным и Марией Губиной. Авторы рассказали о съемках, долгожданной премьере, проблемах и перспективах пермского кинематографа. 

Из произведения Мариам Петросян был взят небольшой фрагмент, на котором молодые люди выстроили полноценный сценарий. Естественно, проект, основанный на книге, должен быть согласован с автором. Попытки связаться с Мариам Петросян через Союз писателей, знакомых и напрямую по почте не увенчались успехом. Тогда команда решила, что фильму – быть, просто нужно сделать так, чтобы авторские права не были нарушены, к примеру, не был задействован ни один из оригинальных персонажей.

Один из вопросов, который возникает при первом знакомстве с фильмом: как строился сюжет фильма, если договорённости с Мариам Петросян не удалось заключить?

Лев: Мы позаимствовали из книги атмосферу «Дома», но изменили время событий: действие фильма разворачивается в 1985 году. Чтобы выдержать дух эпохи, обращались к советским фильмам, книгам, разговаривали с людьми, которые застали то время. Помогло и то, что в это время на втором курсе Института культуры мы ставили спектакль «Завтра была война» по Борису Васильеву. Время тоже советское, пусть более раннее, но мы, по крайней мере, поняли подход. Как искать факты, как править речь, то есть там не должно быть современных слов, оборотов. Никто не скрывает, что мы вдохновлялись книгой «Дом, в котором…», что позиционируем наш фильм как приквел. Но, во-первых, мы не преследуем коммерческих целей, соответственно,  фанфики никто не запрещает. Видеофанфик – это, конечно, чуть сложнее, чем обычный, но все-таки. Во-вторых, Мариам Петросян в итоге все же узнала о нашем проекте. И, если авторские права она посчитала нарушенными, нам бы пришло судебное извещение, а не автограф.

 «Дом, в котором…» относят к мистическому реализму, драме. Создатели «Изнанки жестокости» поделились, что в произведении им не хватило динамичности, и они добавили в сценарий фильма много экшн-сцен. Свою работу они определяют как триллер, мистику, фэнтези. И несмотря на то, что главные герои – инвалиды, они хотели показать их сильными людьми, не делая никакого акцента на слабость, жалость, как это чаще всего происходит.

Образы героев фанаты «Дома» выстроили еще задолго до начала съемок, по своему подобию. После персонажи тщательно дорабатывались. Как происходила работа с персонажами?

Мария: В этом помогли ролевые игры, когда всем участникам приходилось буквально вживаться в образы своих героев и взаимодействовать с другими от их лица. На репетициях актеры пробовали небольшие этюды с персонажами. Благодаря тому, что одни и те же образы примеряли на себя разные люди, у героев появились новые черты, воспоминания, привычки, что заметно повлияло на конечный вариант сценария. Когда персонаж дополняется деталями, он оживает буквально, и ты понимаешь, что он уже не поступит так, как ты хотел, а пойдет своей дорогой. Так было с главным героем: мы провели бессонную ночь, потому что просто не знали, что с ним делать дальше.

Лев: Но это хорошо, потому что кино – синтетическое искусство. Один что-то сделал, другой добавил, потом – третий, четвертый. Получается настоящий объем. Я вот этому, собственно, и радовался, что они оживают, становятся реальными людьми.

Съемки начались еще в мае 2015 года. Работа затянулась, потому что ее усложняли многие факторы. Это был первый кинематографический опыт организаторов проекта. Мы попросили их рассказать о том, как происходил съемочный процесс.

Мария: Бывало, что человек не приезжает, из-за этого приходится сцену полностью отменять, хотя другие уже приехали. Бывали проблемы с помещениями, мы вроде всех собрали уже, все приехали, а нас внутрь не пускают. Приходилось всем разворачиваться и уезжать. Первым летом нас погода очень подвела. Было буквально несколько теплых, солнечных дней, в которые мы могли снимать, все остальное время приходилось сидеть и ждать.

Лев: Во многом тяжелее было актерам массовки, потому что им постоянно приходилось ждать: пока камеру настроят, пока кто-то из главных героев приедет наконец-то. Но мы смотрели бэкстейджи со съемок других фильмов и поняли, что разница-то небольшая. Однако на будущее решили, что это последний проект, когда планирование дел велось случайным образом, в дальнейшем будем составлять календарный график, с каждым договариваться на определенное время, чтобы снять все за два месяца, например. Ну, если будет не такой большой проект, как этот. Мы поняли, что так нельзя.

Калимуллин и Губина отмечают, что идеально прошли съемки с детьми, потому что их всегда вовремя приводили родители. Они оказали большую поддержку съемочной команде и даже сами снимались в некоторых массовых сценах. Дальше создатели шутили: вот бы у каждого актера взрослого такой же родитель был, который бы его за ручку приводил, контролировал, помогал.

Кроме детей, в фильме исполняют роли и непрофессиональные актеры постарше. Создатели «Изнанки жестокости» говорили, что во время первых проб был выбран особый подход: от актеров требовали не играть роли, но «быть собой в предлагаемых обстоятельствах», чтобы персонажи получились реалистичнее, естественнее. Как это повлияло на работу?

Лев: Мы практически полгода проводили тренинги, учили заново ходить, говорить, погружаться в персонажей, работать на камеру. В принципе, все так же, как это делается на первом курсе актерского мастерства. Получается, мы с Вениамином набрали первый курс, когда сами учились на втором (смеется). Мне приходилось зачастую совмещать несколько ролей. То есть, буквально:  я всех поставил, поставил свет и камеру, нажал кнопку, сделал выдох и пошел играть. Это неправильно, на мой взгляд: абсолютно разные задачи, способ мышления, но в итоге, спустя время, даже это стало получаться. Впоследствии мы стали делать так, что, когда я играю, режиссировала Маша или Инна, это еще одна девушка из организаторов.

При этом проект «Изнанка жестокости» никем не финансировался и создавался на деньги его участников. Где команда брала костюмы, реквизит?

Лев: Для съемок  разрисовали одну из комнат пермского хостела в стиле «хиппи», конечно, с разрешения администраторов. Снимали на замерзшем озере поселение серолицых и боялись, что костер протопит лед. Несколько раз меняли интерьер в моей квартире, где создавали то больничную палату, то изолятор, то квартиру одного из персонажей, а потом и вовсе из веток построили домик на дереве. Когда нужно было снять, как стена в больничной палате отодвигается назад, за ночь выстроили огромную конструкцию на колесиках, которая была обтянута тканью под цвет стен, так что ничего не выдавало. Это был такой действительно киношный эффект.

Большую часть реквизита удалось собрать своими усилиями, что-то искали по знакомым, некоторые вещи купили на блошином рынке. В отличие от этого, много времени и денег  потратили на костюмы. У нас на какое-то время все превратилось в швейную мастерскую. Я тоже шил, много что шил. Мне кажется, то, что я умею делать лучше всего на свете, это шить. Помогали ещё знакомые студенты-врачи. Они объясняли, как должны проявляться болезни персонажей, помогли сделать их оправданными.  

Три недели назад съемочный процесс завершился. Сейчас происходит монтаж и полная переозвучка. Команда «Изнанки» работает днем и ночью, чтобы быстрее завершить процесс и поделиться результатом. А что с фильмом будет после премьеры?

Лев: Сейчас мы завершаем «Изнаночку» и решаем, как дальше развиваться. Потом будут организованы показы в «Премьере». Они будут платные, потому что зал придется арендовать. Летом фильм отправится на фестиваль, параллельно с этим мы проведем серию показов в других городах. Там нас уже очень ждут. Мы стараемся сами зарабатывать деньги для кинолаборатории, благодаря съемке видео, созданию дизайна, рекламы. В скором времени планируем открыть еще отделы по созданию костюмов, реквизита и компьютерной графики. В принципе, мы уже сейчас этим занимаемся для «Изнанки», но хотим, чтобы это была отдельная студия. Потому что в России таких студий не так много, как хотелось бы. Короче, планы большие.

Поделитесь своими впечатлениями о Перми, как о площадке для создания фильмов. Есть ли у нее перспективы?

Лев: Из-за отсутствия оборудованных павильонов, студию пришлось расположить в здании старого лакокрасочного завода, что небезопасно. Большая сложность имеется с прокатом техники, отсутствует актерская база. Нет профессиональных киносценаристов, а, если и есть, то они не выходят на связь, работают на себя. Нет сейчас какой-то структуры, которая бы все объединяла, поэтому мы постарались сделать структуру сами.  В перспективе в Перми с кино все будет гораздо лучше.

Мы изучили, как это происходит в Москве, Питере, Екатеринбурге. Там есть какие-то объединения, которые помогают при поиске операторов, сценаристов, монтажеров, актеров, в том числе для массовки, и других людей, необходимых на съемочной площадке.  В Перми есть пара групп, которые вроде как этим занимаются, но не так активно и успешно. Хотим сделать так, чтобы все стало гораздо проще. Не то чтобы мы такие альтруисты, просто это нужно и нам самим.

Мария: Но в Перми надо снимать кино: тут достаточно много натурных мест для съемок. Очень красивая природа края, не надо ехать куда-то заграницу, чтобы снять шикарные кадры – все это у нас есть буквально в часовой доступности.


723
0
5 мая 2017
Комментарии


Войти через социальные сети:

№4 (4) декабрь 2014

Интервью с Павлом Печенкиным о фильме "Варлам Шаламов. Опыт юноши", признанном лучшим среди документальных участников на фестивале "Сталкер", репортажи с "Кинопробы" и мастер-класса Любови Мульменко, беседа с критиком журнала "Сеанс" Марией Кувшиновой, рецензии на "Как меня зовут" и "Неизвестный фронт. КУБ против Цеппелина", очерк о новой книге нон-фикш Владимира Киршина и многое другое - читайте в декабрьском выпуске газеты "Субтитры".