A A A






Мария Столярова

Внешняя наивность, отсутствие логичного сюжета, сновидческие образы и стёртая граница между мечтой и реальностью: из чего и как сделаны фильмы Дэвида Линча.

В сорокаминутном видео-интервью 1997 года Дэвид Линч, с неизменной растрёпанной причёской, курит, немного волнуется и смотрит неподвижным прямым взглядом на ведущего. Позади — почти двадцать лет работы над своим узнаваемым и культовым авторским стилем. Впереди — ещё десятилетия кропотливого вырисовывания деталей собственной Вселенной, где он и демиург, и второстепенный персонаж, и наблюдатель со стороны.

Дэвид Линч часто делится секретами создания авторского мира. К примеру, описывает сам процесс появления первоначальной идеи в голове. Он говорит, что главное, чтобы сознание было открыто для того, чтобы зафиксировать эту идею. Некий концепт может отпечататься на светочувствительной поверхности сознания в любой момент.

Фильмы Линча собираются не из цельной истории с завязкой, кульминацией и развязкой, а из набора отрывков: это могут быть интерпретации объектов искусства, куски фраз, снов, тёмных видений. Всё это переплетается не стихийно, метод Линча можно назвать «контролируемым хаосом». «Это может быть просто какой-то фрагмент, но он может быть порталом в целый мир», —  рассказывает Линч о процессе работы, пока в его пальцах сигарета испускает извилистые серые струйки дыма. Так, название фильма «Шоссе в никуда» — это последние слова из романа Барри Гиффорда «Ночные люди» (он же — соавтор Линча по сценарию «Шоссе в никуда»).

Идея Линча, постмодернистски выхваченная из контекста – некая ось, на которую наслаиваются приёмы, сюжет, метод, взгляды коллег по фильму, сама жизнь. Двухгодичная работа над фильмом — это тоже жизнь, в процессе которой появляются новые смыслы, встраивающиеся в ткань картины, но не изменяющие первоначальный концепт. Всё это складывается в полифоническое звучание элементов фильма. Сюжет — мелодия, цвет — ритм, герои — архетипы или образы — музыкальные инструменты. Если рассмотреть эти элементы под лупой, послушать разные комбинации их звучания, появятся совершенно новые смыслы, значения, эмоции. Да, такой взгляд на кино обессмысливает вопрос «о чём этот фильм?», так как вербальный ответ на него — лишь одна из партий огромного оркестра.

Герои его фильмов напоминают взращенных где-нибудь на задворках цивилизации, в территориях с высоким уровнем радиации странных существ. Некоторые из них обезображены толстым слоем театрального грима, некоторые — прекрасны снаружи, но всегда их личность утяжелена неким доппельгенгером — внутренним тёмным двойником, преисполненным самыми извращёнными человеческими пороками. Их судьбе предписана фатальная деконструкция, впрочем, отсылающая к деконструкции жанрового кино, чем занимается Линч.  Например, лос-анджелесский нуар «Малхолланд драйв», поначалу напоминающий то ли мелодраму, то ли детектив, то ли триллер. Он теряет и эти смутные жанровые очертания и преобразуется вместе с двумя главными героинями в сомнабулическое месиво абстрактных образов, запутывающих зрителя, почти вводящих его в транс растерянности и шока. Линч убеждает зрителей: на экране нет ничего невозможного.

Дэвида Линча привлекает изнанка быта, за машинальными движениями повседневности режиссёр усматривает мистические знаки; невзрачные провинциальные города, в простоте которых скрываются лабиринты человеческих порочных связей; прекрасные лица, способные изобразить самое ужасное человеческое страдание. «Совы не то, чем кажутся» — ключевая фраза культового двухсезонного сериала «Твин Пикса», продолжение которого уже 26 лет ждут поклонники. (К слову, премьера третьего сезона назначена на 21 мая.)

Взгляд Линча инфантилен: он может дать главной героине фамилию Violence (насилие), главному герою — донкихотовскую доброту и наивную любовь к американским пончикам. Однако инфантильность не мешает ему остроумничать самоиронией (в «Твин Пиксе» сам Дэвид Линч играет глуховатого полицейского, которому приходится кричать, чтобы расслышать себя) и юмором (в «Шоссе в никуда» героиня вызывает такси со словами: «Алло? Вы не могли бы дать мне номер службы такси «Авангард»?), а по соседству насаживать отвратительные сцены убийств, страха и фобий. В его мире играет зацикленная джазовая мелодия, исполненная на саксофоне, под которую томно танцует старшеклассница, в то время как с её подругой зверски расправляются при невыясненных мистических обстоятельствах. К слову, Линч рассуждает над темами, оставшимися на обочине магистральных тем массового кинематографа: экологические проблемы («Твин Пикс»), граница между сном и реальностью («Малхолланд драйв»), феномены садистской власти и вуайеризма («Синий бархат»).

Исследователи разделяют творчество Линча на два периода: в ранних фильмах, для того, чтобы показать абсурдность повседневности и её изнанку, режиссёр изобретал фантастические ситуации и миры с уродливыми монстрами, сюрреалистическими действами и апокалиптическими ландшафтами («Бабушка», «Человек-слон», «Голова-ластик»). Во втором периоде Линчу более не требуется выдумывать что-то «за гранью». Предельный ужас и страдание режиссёр показывает через чуть слышное тяготящее звучание дарк-джаза его любимого композитора Анджело Бадаламенти («Твин Пикс: Огонь, иди со мной»), абсурд — через жирно накрашенные губы нарочито пепельной блондинки («Шоссе в никуда»), шок и отчаяние — в зрачках, напряжённом выражении лица, нечеловеческую ярость — через жёсткий свет или светотень. Линчу достаточно задержать план на вульгарно-красном занавесе, чтобы возбудить навязчивое любопытство у зрителя. «Шторы, занавески заостряют наше внимание и подталкивают воображение. Что скрывается за ними? Что случится, когда шторы откроются?», — потягивая очередную сигарету, рассуждает Линч в одном из видео-интервью из девяностых.

Киноведы и философы всё ещё не могут прийти к единому мнению: Вселенная Линча — это сложное явление, требующая тщательного исследования и интерпретации, или в ней нет никакой исследовательской глубины, сюжет закручен иррационально и хаотически, а образы и символы не значат ничего, кроме самих себя? На это можно ответить репликой из «Шоссе в никуда»: «Капитан, я не вполне понимаю, в чём дело. Вам надо самому это увидеть».

____________

С 13-го апреля в киноцентре «Премьер» стартуют показы новой документальной картины «Дэвид Линч: жизнь в искусстве».


1279
0
13 апреля 2017
Комментарии


Войти через социальные сети:

№4 (4) декабрь 2014

Интервью с Павлом Печенкиным о фильме "Варлам Шаламов. Опыт юноши", признанном лучшим среди документальных участников на фестивале "Сталкер", репортажи с "Кинопробы" и мастер-класса Любови Мульменко, беседа с критиком журнала "Сеанс" Марией Кувшиновой, рецензии на "Как меня зовут" и "Неизвестный фронт. КУБ против Цеппелина", очерк о новой книге нон-фикш Владимира Киршина и многое другое - читайте в декабрьском выпуске газеты "Субтитры".