A A A






Ольга Иванова

Герой моего интервью – Любовь Мульменко, журналист, драматург, сценарист.

«Что, вот так сразу, без интересного вступления и замысловатого лида?» - осудят меня коллеги. Объясню.

Из-за сильной занятости моя собеседница не смогла встретиться со мной лично, но чтобы не задерживать выпуск номера, мы решили пообщаться в сети. Я отправила вопросы, Люба письменно на них ответила, такое бывает, впрочем, часто. Но знаете, в чем я увидела главный плюс получившегося общения? Ответы были письменными. И с первых же строк узнавался образ человека, который добился успехов в сфере публицистики и драматургии. Человека, который пишет постоянно и, что немаловажно, по-настоящему любит свое дело.

Собственно, вот она – причина. Талант к письменному слову, которым наделена моя собеседница, настолько впечатлил, что для себя я решила сразу: править ответы не буду, да и переводить их в рассказ от третьего лица – тоже. Не хотелось вмешиваться. Каждый ответ – как отрывок из очередной Любиной пьесы: пронизан простотой, искренностью и мастерством. Мне хочется оставить их нетронутыми, пусть Люба расскажет о себе сама, а читатель получит возможность насладиться ее особым писательским талантом.

Итак, герой моего интервью – Любовь Мульменко. Журналист, драматург, сценарист…

- Почему в свое время было принято решение поступать на журналистику? (Люба – выпускница филологического факультета Пермского госуниверситета, специальность «Журналистика» - прим.ред.)

- Я пошла не на журфак, а на филфак, строго говоря. Просто от большой любви к русскому языку, никакого другого расчета, по-моему, тут не может быть. Но жить мне нравилось еще больше, чем тексты писать, поэтому я рассудила, что на исконном филфаке меня парализует латынью и прочим, да и вообще – серьезностью подхода, в целом. А кафедра журналистики – это как бы «лайт-версия». Не парализует, можно будет гулять, в леса ездить, влюбляться с полной самоотдачей и разное другое, без которого не о чем было бы на любимом русском языке разговаривать и писать.

- Как видоизменилось ваше представление о профессии, если сравнивать первый курс и сегодняшний день?

 - По доброй воле я никогда не пыталась думать о журналистской профессии отдельно. А когда мне предлагали об этом подумать – про гражданскую позицию, социальную ответственность, культурно-просветительскую миссию – меня это раздражало. Кстати, на самом журфаке всерьез, к счастью, никто вроде бы и не донимал нас на эту тему.

Я всегда считала и считаю, что моя профессия – тексты слышать, читать, придумывать и писать. Публицистика – тоже частный случай письменного текста. А радиожурналистика или информагентская – это вообще никакого отношения ко мне не имеет.

- Расскажите, пожалуйста, как складывалась Ваша журналистская деятельность после выпуска из университета?

 - Я сразу начала работать, еще на младших курсах, поэтому выпуск и обретение диплома не осознавались как профессиональный рубеж. Я даже не помню, где я работала конкретно в выпускной год. Но помню, что мне очень жалко было от осознания, что это конец универа, я его очень люблю. Школу не жалко было, а тут прямо сокрушалась. Здесь Васильева, Абашев, Раков. Утробин против Мусаеляна. Славик, Гуляева, Саб – это одногруппники мои. Просто кампус сам по себе – физически, как стенки стоят, какие цвета и формы домиков.

- В создании каких проектов удалось поучаствовать и в качестве кого?

- Успела поработать редактором в журнале «Шпиль», культурным обозревателем в «Новом компаньоне», заместителем главного редактора в «Компаньон magazine». Главная и любимая работа была в «Соли», я там присутствовала от начала и до конца, все два года, как, в общем, и большинство штатных сотрудников. «Соль» - это даже личная история, фундаментальная, это отношения.

- Как произошел переход из журналистики в драматургию?

- Написала пьесу, отправила на драматургический конкурс, попала в программу московского фестиваля молодой драматургии «Любимовка» и на несколько театральных лабораторий. Познакомилась с Еленой Ковальской, Михаилом Угаровым, Мариной Разбежкиной, Еленой Греминой, Максимом Курочкиным, Александром Родионовым, Сашей Денисовой – с людьми, которые очень талантливо и заразительно существуют в кинотеатральной и литературной работе. Мы с ними вместе стали делать какие-то проекты, разговаривать, наблюдать. Я считаю это своей несистемной школой театра и кино. Просто большим опытом. Счастьем – тоже большим, оно длится.

- Каковы обязанности сценариста на съемочной площадке, важно ли ему присутствовать непосредственно при съемочном процессе?

- Я всегда стараюсь быть на площадке, это страшно полезно, это интересно, и это как-то само собой выходит, потому что у нас со всеми режиссерами получались полноценные тандемы на почве общей любви к будущему фильму. Я даже на выбор натуры езжу, на кастинги актерские хожу, мы с режиссерами это все обсуждаем. Мы друг для друга – абсолютные эксперты в области конкретной истории в целом, поэтому есть смысл не разделять обязанности жестко, а находиться в общем поле, совещаться. Есть смысл говорить со сценаристом про актеров, про локации, вместе думать, что точнее, что тоньше, ведь ты как режиссер хочешь задействовать максимум мощностей. И сценарист может быть одной из мощностей, если он с головой в проекте, а не дежурно. Ну и если у него есть время участвовать в процессе после того, как сценарий утвержден, и формально его часть работы окончена.

- Насколько мне известно, по вашим сценариям готовится три фильма. Расскажите о них: о чем, кто снимает, когда ждать премьеры, где будут показаны?

- Первый сценарий, «Комбинат Надежда», я написала для Наталии Мещаниновой, она ученица Разбежкиной. Она довольно долго и очень удачно снимала документальное кино, а потом решила снять игровое. Действие фильма происходит в Норильске. Это такая драма про изолированный от материка северный индустриальный город и его молодых героев. Про их гроздья гнева, про трагический и тревожный эгоизм юности. Некоторые сцены мы не смогли снять в настоящем Норильске, потому что Норильский Никель зарубил нам объекты, и пришлось «подвороваться» в Перми: на Мотовилихинском заводе и в грузовом порту. Фестивальная премьера будет в 2013 году. В кинотеатрах фильм выйдет, наверное, уже в 2014-м, после того, как покатается по фестивалям.

По второму сценарию фильм снимала Оксана Бычкова, которая в нулевых дебютировала с «Питер FM». Новая ее киноистория - о глупом и обидном прощании 25-летних супругов, у них там развод на почве гордыни и малой чуткости. Вариация на тему «С любимыми не расставайтесь» Володина. Снимали в Москве, герои москвичи. Точнее, приезжие москвичи. Релиз – 2013 или 2014 год, точно не знаю, идет монтаж, названия пока нет.

Третий мой сценарий будет снимать в августе в Крыму режиссер Нигина Сайфуллаева, это ее первый полный метр. Главная героиня – школьница, точнее, уже пару месяцев как выпускница. Она такая, в общем, отъявленная. То есть неистовая. Жесткая, наглая, но очень обаятельная и по-своему принципиальная. Но это не про пубертат больше, а про сложные отношения девочек, выросших без отца, с мужчинами.


Подытожить сложившееся интервью хочется вот чем: «Я пошла не на журфак, а на филфак. Просто от большой любви к русскому языку». В этом, на мой взгляд, и кроется ключ к успеху Любы Мульменко – любовь. Любовь не только к языку, но и к университету и преподавателям, к одногруппникам, к будущему фильму и людям, с которыми его создаешь, к своему делу и – что самое главное – к жизни, в целом.


5832
0
19 июня 2013
Комментарии


Войти через социальные сети:

№4 (4) декабрь 2014

Интервью с Павлом Печенкиным о фильме "Варлам Шаламов. Опыт юноши", признанном лучшим среди документальных участников на фестивале "Сталкер", репортажи с "Кинопробы" и мастер-класса Любови Мульменко, беседа с критиком журнала "Сеанс" Марией Кувшиновой, рецензии на "Как меня зовут" и "Неизвестный фронт. КУБ против Цеппелина", очерк о новой книге нон-фикш Владимира Киршина и многое другое - читайте в декабрьском выпуске газеты "Субтитры".